18.11.2019 №46

image

До сих пор Октябрьская революция остается предметом споров и дискуссий среди историков.

Оценки звучат разные, но при всей противоречивости вопроса невозможно отрицать главное: революция оказала колоссальное влияние на последующий ход истории и стала поворотным моментом в формировании белорусской государственности.

Солдатская революция

Февральская революция 1917  г. не решила ни одной из стоявших перед Россией задач. Чего ждали уставшие от затяжной войны люди? Мира и решения земельного вопроса. Революция стала выходом протестной энергии, которая накопилась к тому времени в обществе.

Важное влияние на исход политической борьбы в Беларуси в 1917  г. и на последующий выбор модели национально-государственного строительства оказала неблагоприятная внешнеполитическая ситуация, вызванная Первой мировой войной. Территория нашей страны к октябрю 1917  г. была разрезана пополам линией фронта. Западная часть – под немецкой оккупацией, в восточной части всеми делами заправлял российский Западный фронт.

Октябрьская революция в Центральной и Восточной Беларуси была типичной солдатской. К концу ноября 1917  г. советская власть была установлена на всей неоккупированной части наших земель. На политической карте появилось своеобразное военно-гражданское государственное образование, распространившее свою власть на Минскую, Могилевскую, Витебскую и часть Виленской губернии, а также на всю территорию Западного фронта.

Председателем Областного исполнительного комитета Западной области и Западного фронта (Облискомзап) был избран офицер – большевик Н. Рогозинский. В числе 100 членов Облискомзапа не было ни одного белоруса, а его президиум состоял только из военных. 26 ноября Облискомзап сформировал Совет народных комиссаров Западной области и фронта (СНК Зап), избрав его председателем тоже офицера – большевика К. Ландера. Тот факт, что фронтовые структуры подмяли под себя гражданские, очень негативно повлиял и на развитие революции в Беларуси, и на то, как происходило национально-государственное само­определение в последующие годы.

К национальному государству

Большинство белорусских национальных партий и организаций, группировавшихся вокруг Великой Белорусской Рады (ВБР) в Минске и Белорусского областного комитета (БОК) при Всероссийском Совете крестьянских депутатов в Петрограде, в конце 1917  г. стояло на позиции необходимости создания суверенной Беларуси в этнографических границах. Только так возможно было обеспечить целостность и неделимость Беларуси в послевоенном мире. Признав советскую власть в России, они отказывались делать это в Беларуси. Несмотря на имевшиеся разногласия, руководство белорусских национальных партий и организаций было едино в том, что только общенациональный съезд в состоянии демократическим путем решить основные и политические, и социально-экономические проблемы.

Центральное советское правительство в Петрограде дало согласие на созыв Всебелорусского съезда Советов и ассигновало значительную денежную сумму на его проведение. 14 декабря Всебелорусский съезд в Минске торжественно начал работу. Делегаты представляли всю этнографическую белорусскую территорию – от Белостока до Смоленска. Облискомзап и Советы Западной области съезд проигнорировали. Основная борьба развернулась по вопросу о формах национально-государственного самоопределения Беларуси и ее взаимоотношениях с Россией.

Однако 17 декабря СНК Зап «в целях защиты советской власти в области и на фронте от контрреволюционного покушения» принял решение распустить Всебелорусский съезд. В ночь на 18 декабря съезд был разогнан. Его функции возложил на себя Совет съезда.

Дальнейший путь привел белорусских политиков, с одной стороны, к провозглашению 25 марта 1918 г. независимости Белорусской Народной Респуб­лики, а с другой – к созданию 1 января 1919  г. Социалистической Советской Республики Белоруссии. В последующем национальное белорусское государство состоялось в советской форме.

В октябрьские дни 1917  г. за большевиков схватились потому, что больше было не за кого. И меньшевики, и эсеры, не говоря уже о кадетах, в период между февралем и октябрем 1917-го показали свою несостоятельность как государственные деятели. Когда надо было принимать радикальные решения и действовать сообразно обстановке, все тонуло в согласованиях. Политика верности союзникам и продолжения войны до победного конца тоже подкосила эти партии.

Большевики, выдвинув близкие и понятные людям идеи равенства, социальной справедливости, мира, решения земельного вопроса, в большей степени соответствовали народной психологии того времени. Произошел переход из прогрессирующего упадка в состояние кристаллизации новых центров государственной власти. По большому счету, Октябрьская революция означала практическую возможность реализации белорусской национальной государственности. А то, как это происходило, показывает, что линейных путей к независимому и суверенному национальному государству, увы, нет.

Сергей ТРЕТЬЯК, заведующий отделом новейшей истории Беларуси

Института истории НАН Беларуси