трамадол ретард 28.03.2016/№13

source url image

купить семена сортовой конопли Молодая ученая Екатерина Ерёмина удостоена стипендии Президента Республики Беларусь.

go Младший научный сотрудник Центра исследований белорусской культуры, языка и литературы НАН Беларуси работает над систематизацией сценографической практики белорусских музыкальных театров и собирает материалы для реконструкции визуального образа музыкальных спектаклей белорусских театров.

follow url  image

купить героин москва закладки Накануне Всемирного дня театра, который отмечался 27 марта, мы поговорили с Екатериной о том, что в театре дополняет пластику, музыку и вокал. А еще попробовали выделить специфику работы художника-сценографа в опере и балете.

скорость где купить  

− Екатерина, вы работаете над уникальной для Беларуси темой – сценографией музыкального театра. Как вы пришли к этой проблематике?
 
− Все началось с детского увлечения балетом. Во время учебы на историческом факультете БГУ стала изучать белорусский балет первой половины прошлого века, работать с рецензиями и периодикой. Посвятила истории нашего балета дипломную работу. А в академической магистратуре по рекомендации своего научного руководителя, Вероники Николаевны Ярмолинской, обратилась непосредственно к сценографии балетного спектакля уже второй половины ХХ века. Интерес подогрел многотомный труд Виктора Березкина, посвященный искусству сценографии от зарождения театра до современности. Сыграло свою большую роль увлечение Русскими сезонами, организованными Сергеем Дягилевым, которые стали настоящей революцией, как в сценографии, так и в целом в балете.
 
− Когда сценография белорусского музыкального театра обрела современные черты?
 
− «Сценографическим бумом», переосмыслением этого вида искусства называют 60-70 годы прошлого века. Сценография перестает быть служебным фоном действия, отказывается от жизнеподобия, от простого создания условий для существования героев, стремления к исторической точности и подробного воссоздания среды, вплоть до мельчайших деталей; становится равноправным, самодостаточным элементом спектакля, раскрывающим заложенные в нем идеи, отдельные смысловые пласты постановки. Эти изменения прослеживались наиболее ярко в драматическом театре, а в музыкальном их восприятие шло не так интенсивно.
 
Классикой белорусского театрально-декорационного искусства 40-х–начала 60-х годов были работы таких художников, оформлявших спектакли Большого театра Беларуси, как Сергей Николаев и Павел Маслеников, тонко чувствовавших специфику музыкального театра. А вот сценография балетов Валентина Елизарьева, начиная с его «Кармен-сюиты» (1974), стала своеобразной «революцией» на белорусской музыкальной сцене. В работах художников Евгения Лысика и Эрнста Гейдебрехта этот самый «сценографический бум» нашел свое яркое воплощение. Им свойственна метафоричность, символизм, стремление к созданию единого визуального образа постановки, способного к развитию, постепенно раскрывающему смысл в течение всего действия спектакля.
 
− Сегодня в репертуарах музыкальных театров много классических постановок. Их сценография остается неизменна?
 
− Если говорить о классическом балете, то можно ответить утвердительно. По словам художников, попытки кардинально изменить оформление, например, «Лебединого озера» Чайковского, при условии, что в остальном балет остается неизменным, не часто заканчиваются успехом. Бывает, что на эскизах все выглядит красиво и убедительно, но в результате оформление входит в противоречие с эстетикой спектакля, не гармонирует с музыкой. Поэтому при постановке балетной классики сохраняется и традиционный для нее визуальный ряд. Но даже в рамках канонического оформления у художника есть возможность самовыражения. Яркий пример – оформление Эрнстом Гейдебрехтом и Вячеславом Окуневым постановок «Жизели» Адольфа Адана в 1987 и 2012 годах соответственно. Несмотря на выразительность авторского стиля сценографов, различия в колорите, решении отдельных элементов декораций, в целом их планировка и эстетика были близки и продиктованы самим характером этого романтического балета. Но, конечно, когда «Жизель» ставится с совершенно другой хореографией и либретто, сохраняя при этом музыку и только общий сюжет, тогда уместна иная сценография.
 
− В опере законы оформления сцены свои?
 
− Если при оформлении балета художник во многом зависит от балетмейстера, от развернутости хореографии, рисунка танца, то в оперной постановке важным является способность элементов сценографии быть резонаторами, не поглощать звук. Это, по словам художников, основное требование-ограничение в сценографии оперного спектакля. Поэтому оформление оперы в белорусской практике гораздо более разнообразно по формам и используемым выразительным средствам, чем оформление балета. Сценография довольно большого количества оперных постановок в нашем театре характеризуется отказом от живописи, которая все еще царит на балетной сцене. Яркий пример – декорации Людмилы Гончаровой к опере Джузеппе Верди «Травиата», поставленной Сусанной Цирюк в 1997 году.

 image

Основной элемент сценографии здесь – пудреница-раковина, которая трансформируется, превращаясь в подиум, стол, кровать и т.п. Эти трансформации обозначают смены мест действия, «раковина» выполняет функцию дополнительной сценической площадки, и, одновременно, является метафорическим образом, раскрывающим сущность главной героини и ее судьбу.
 
− Какие можно выделить тенденции в сценографии музыкальных театров Беларуси сегодня?
 
− В оформлении классических балетов по-прежнему активно используется традиционная живописно-объемная декорация, создающая образ места действия. В целом же можно говорить о том, что живописная декорация сама по себе постепенно уходит в прошлое, ее место занимает проекция и компьютерная графика. Особенно это касается оформления оперы, где чаще используются объемные конструкции.
На наших сценах можно увидеть достаточно разные по своей эстетике и технологии работы, дающие представление о том, что современная сценография музыкального театра свободно обращается как к традиции, так и к новейшим технологиям. И эту полистилистику, вероятно, можно в определенной степени назвать тенденцией.
 
− Профессиональный музыкальный театр в Беларуси молод. Как это влияет на его современное положение, к чему он пришел за время своего существования?
 
− На состояние сценографии оказывает влияние ситуация с подготовкой специалистов в этой области и репертуарная политика театров. В наших театрах довольно много классики, причем «революционным» ее прочтение постановщиками назвать нельзя. От подобного репертуара театрам сложно отступить, что отчасти продиктовано зрительскими ожиданиями. Большинство аудитории с большей охотой пойдет на «костюмированную» постановку, которая не будет шокировать нетрадиционным переосмыслением сюжета или переносом действия во времени и пространстве, на знакомые названия, такие как «Кармен» Жоржа Бизе или «Дон Кихот» Людвига Минкуса. И это влияет на ситуацию со сценографией, возможность использования художниками каких-то новых приемов. Сценографы не могут идти в авангарде, перетягивать одеяло на себя, творя свою революцию в рамках традиционных постановочных решений. Зритель не должен запоминать декорации больше самого действия, спектакль должен представлять собой гармоничное целое, и это особенно важно в музыкальном театре.
Естественно, и музыкальный театр Беларуси, и его сценография за время своего существования прошли значительный путь. Сегодня, стараясь постепенно осваивать новые для белорусской практики формы и технологии, художники все же в значительной степени остаются верными традиции. Давать этому негативную оценку нельзя. Ведь традиция – это основа, без которой не может появиться что-то новое. Но для того, чтобы искусство оставалось живым, развивалось, в нем должны идти экспериментальные поиски.
 

скорость купить в екатеринбурге Беседовала Елена ЕРМОЛОВИЧ, «Навука»